К тому времени Дали только что прочитал роман В. Йенсена «Градива». Заглавная героиня романа излечивает героя от душевной болезни, и Дали пускается в объяснения, ибо «...знал - близится час «великого жизненного испытания», испытания любовью».

 Картина «Аккомодация желаний» дает представление об этом вызове, а желание олицетворяется ощеренными львиными пастями. Дали с трепетом спросил Галу: «Что мне сделать с тобой?» И она, преобразив на своем лине последний отблеск наслаждения в нестерпимо яркий свет самовластия, ответила: «Убей меня!» И тогда Дали осенила блистательная мысль - сбросить Галу с башни толедского собора. Но Гала, как и следовало ожидать, оказалась сильнее: «...Гала излечила меня от преступления а также от безумия. Благодарю! Я на ней женюсь».

 Проводив Галу на вокзал в Фигерасе, где она села на поезд и отправилась в Париж, Дали заперся у себя в мастерской и стал дописывать портрет Поля Элюара. Лучше всего он чувствовал себя под каталонским солнцем, в столь милом его сердцу Кадакесе.

  Хотя Сальвадор пока еще не вошел в контакт с сюрреалистами, в его творчестве - он сам это чувствовал - происходили значительные изменения. Все свое несравненное техническое мастерство Дали с поистине дьявольским упорством употреблял теперь на создание «фотографии, запечатлевающих обман зрения», тех самых, которые четверть века спустя сделают его «небесным патроном» американских «фотореалистов».