Женская фигура у окна — 1925.
По прибытии в Мадрид Дали оставляет свои первые импрессионистические опыты и начинает работать в стиле кубизма, в манере, близкой Хуану Грису (1887—1927).
В начале 20-х годов главной моделью художника становится его младшая сестра Анна Мария Дали.
В картине „Женская фигура у окна" Анна Мария стоит, опираясь локтями о подоконник открытого окна и любуясь открывающимся видом. Дали любовно и тщательно выписывает локоны светлых волос, складки одежды и занавесок.
Палитра сознательно ограничена художником, колорит составлен преимущественно из оттенков голубого и зеленого, а также белого, отражающего небо и воду. Дали мастерски воссоздает атмосферу морского бриза в светлый погожий день. Побережье, волны, деревья и небеса изображены в манере обычной марины и могли бы стать ее частью, если бы не открывались „через окно".
Пейзаж предстает, словно воплощенная греза, а окно символизирует переход из материального мира в мир мечтаний. Контраст матовых приглушенных тонов стены и пола с искрящейся поверхностью волн, золотистым цветом песка и светлой бездной небес подчеркивает состояние задумчивости и отрешенного созерцания, в котором пребывает Анна Мария. Во всех трех представленных здесь картинах Дали изображает свою сестру со спины. Таким образом, как считают исследователи, проявляется скрытая тяга к кровосмесительству, которой позднее художник придаст более изощренные формы. В 1954 году Дали напишет эротическую картину под названием „Содомское удовлетворение невинной девы", очень напоминающую „Женскую фигуру у окна".
Этим произведением Дали дает выход своей злости, вызванной выходом воспоминаний своей сестры („Сальвадор Дали глазами своей сестры", 1949), которая очень нелицеприятно отзывалась о том, как Дали повел себя со своими товарищами-сюрреалистами. Сестра разрушила тот миф, который Дали старательно создавал в своих автобиографиях, без стеснения искажая факты. Однако прежде чем начать подобную практику, Дали распоряжается своей экзистенцией как творческим материалом: „разрушает ее", формирует и выдумывает наново, чтобы создать совершенное произведение. Его жизнь является ярким примером „правдивой лжи" — в том смысле, который вкладывал в эго выражение Луи Арагон (1897—1982), раскрывая суть литературы.