Впрочем, надо сделать важную оговорку. Для детей дошкольного и младшего школьного возраста характерна подвижность восприятия, фантазирование, для нас иногда кажущееся чудным. Такое фантазирование развивает творческие способности. При восприятии картины оно говорит о заинтересованности, эмоциональном подъеме.

„Люблю инквизицию! — признался как-то Дали. — Все великое делается наперекор и, следовательно, благодаря несвободе. Свобода — если определять ее как эстетическую категорию — есть воплощение бесформенности, это сама аморфность”. С другой стороны, в 1967 году, он „жалел” художников поп-арта: „Эти „рооr darling”... которые вынуждены все время одобрять и исполнять тиранические идеи, которые мы, сюрреалисты, инквизиторским образом навязали гордой эпохе изобретения предметов сюрреалистических, функционирующих символически”.

В 1973 году, воспользовавшись собственным определением, сделанным почти пятьдесят лет назад, Дали продолжат говорить о своем искусстве как о «сделанных кистью цветных фотографиях, передающих точнейшие образы конкретной иррациональности». Именно в этом духе он начат работу над своей масштабной картиной, сделавшей его знаменитым — «Великий Мастурбатор».

После того, как в жизни Дали появилась Гала, произошло то откровение, которого так долго ожидал художник. Разве она не воплощала въяве и вживе его детские мечты о той, кого он в мистическом предчувствии назвал «Галюшка», а потом столько раз изображал в портретах юных и хрупких, как подростки, женщин того типа, который лучше всего передан в картине «Девушка из Ампурдана»? Он не мог обознаться, он узнал ее по обнаженной спине — у жены Элюара было в точности такое же строение тела, как и у персонажей его бесчисленных картин и рисунков, и это служило лучшим и самым убедительным доказательством.